<назад>  к содержанию

Александр Хислоп

Глава VII
Два пути развития с исторической и пророческой точек зрения

Часть II
Выходящий из моря Зверь

 

 

Еще один ранее упомянутый нами главный враг - это Зверь из моря: "Тут я увидел, как из моря появился зверь" (Откровение 13:1). Семь голов и десять рогов этого зверя, как и у громадного дракона, указывают на его практически такую же силу, но в данном случае со зверем произошли некоторые обстоятельственные перемены. В древней вавилонской системе вслед за поклонением огню шло поклонение богу воды или моря. Как до того мир был в опасности оказаться сожженным, то теперь он оказался в равной опасности потонуть. В мексиканских мифах говорится, что так оно и произошло. Сначала мир был уничтожен огнем, а затем разрушен водой. Мифология друидов говорит о том же; барды рассказывают, что ужасная огненная буря расколола землю надвое, за чем последовало извержение озера Ллион, воды которого вышли из бездны и затопили весь мир. В Греции мы находим точно такую же легенду. Диодорус Сикулюс пишет, что в былые времена "во Фригии появилось изрыгавшее огонь чудовище по имени Эгид, которое сошло с горы Таурус и создало пожар, который сжег все деревья вплоть до Индии; затем чудовище пошло в обратном направлении и смело все деревья с горы Ливан и дошло до Египта и Африки, пока Минерва не преградила чудовищу путь. Фригийцы хорошо помнили этот ПОЖАР и ПОСЛЕДОВАВШИЙ за ним ПОТОП". Овидий, говоря о трансформации Кикнуса, также упоминает о том, что за огнепоклонством сразу же последовало водопоклонство. Он говорит о царе Кикне как о близком друге Фаэтона и связанном с ним огнепоклонством. После смерти своего друга Кикн возненавидел огонь и стал поклоняться противоположному элементу - воде, за что был превращен в лебедя. В Индии великий потоп, который занимает значительное место в тамошней мифологии, имел такое же символическое значение, хоть к ней примешалась и история о Ное; ведь, по легенде, во время потопа при помощи великого бога в образе РЫБЫ были найдены "утраченные Веды", или священные книги. "Утрата Вед" случилась во время ужасной катастрофы, постигшей богов, когда, согласно Пуранам, главный враг этих богов по имени Дургу "упразднил все религиозные церемонии, а брахманы из страха перестали читать Веды. После чего огонь утратил свою энергию, а с неба посыпались ужасные звезды". Другими словами, когда идолопоклонство (в виде огнепоклонства) было подавлено. Если же обратиться к самому Вавилону, мы находим здесь такую же самую историю. У Бэрозуса потоп описан как случившийся после времен Алоруса, или "бога огня", т.е. Нимрода. Это показывает, что и в Вавилоне потоп имел символическое значение. Из вод этого потопа возник Дагон, бог рыб или бог моря.

Поклонение Дагону, как это показал Бэрозус, было основано на легенде о том, что в какие-то очень давние времена, когда люди были погружены в мрак варварства, ИЗ МОРЯ, или Персидского залива, вышел ЗВЕРЬ ПО ИМЕНИ ОАНН, получеловек-полурыба, который цивилизовал вавилонян, научил их искусствам и наукам, наставил их в политике и религии. Поклонение Дагону прививалось многими, за исключением, естественно, Нимрода, который еще до этого научил мир поклоняться огню. В тайных Мистериях, установленных потом, огнепоклонники старались восстановить свое былое влияние и власть через ужасающие сцены Потопа, где Ной выступает под именем Дагона, или бога рыб. Авторы этих Мистерий видели, что если им только удастся вернуть людей к любой форме идолопоклонства, то вскоре они сумеют преобразовать это идолопоклонство в систему, которая была временно уничтожена. И как только они подготовили для этого почву, был придуман миф о Таммузе, который позволил убить себя ради блага всего человечества. Было установлено различие между хорошими змеями и плохими змеями, когда один царь выступал как представитель змея Агатодэмона, или хорошего божества, а другой - змея Какодэмона, плохого/злого бога. *

* УИЛКИРСОН. В Египте Урэус, или Церастэс, был добрым змеем, а Апофис - злым.

Постепенно было легче заставить людей верить, что, вопреки очевидно обратному, Таммуз, вместо того, чтобы быть покровителем змеепоклонства в любом плохом смысле, в действительности был главным врагом Апофиса, или великого злого змея, который завидовал счастью человечества. Таммуз был тем самым семенем женщины, которому суждено было поразить змея в голову. Посредством метемпсихоза легко идентифицировать Нимрода и Ноя и сделать видимость того, что великий патриарх в результате переселения души в своего любимого ученика предстал в виде Дагона, который должен был вернуть человечеству благословения, утраченные с гибелью Нимрода. Определенно и то, что в халдейских мистериях Дагону поклонялись как воплощению и того и другого.

В предыдущей системе основным средством очищения был огонь. Теперь же людям предстояло очищаться при помощи воды. Тогда и возникло учение о возрождении через погружение в воду (крещение), имевшее отношение, как мы увидели, к прохождению Ноем через воды Потопа. Тогда началось почитание святых источников, святых озер, святых рек, которые можно встретить повсюду на земле. Это практиковалось не только у персов, которые вместе с поклонением огню поклонялись также и Зэрэпаракарду, или Каспийскому морю. Оно бытует и среди индуистов, которые поклоняются очищающим водам Ганга и считают их главными дверями на небеса. По этой причине они хоронят своих родственников в водах этой реки. Особенно хорошо это проявляется в современной папской Ирландии в виде повсеместного почитания святых источников и ежегодных паломничеств к Лох Дэрг для омовения грехов в его благословенных водах.

Кроме укоренившегося поклонения воде было возвращено древнее огнепоклонство. В Мистериях присутствуют оба метода очищения. Хоть водное погружение должно было возрождать, очищение огнем также было необходимо, * и многие годы после того, как было введено возрождение через погружение, детей все еще "проводили через огонь Молоха". Такое двойное очищение как огнем, так и водой, практиковалось в Мексике среди последователей Водана. Такое двойное очищение также широко практиковалось среди древних римлян-язычников. ** С течением времени почти везде в языческом мире в новом виде было восстановлено прежде подавленное огнепоклонство и нимродовское змеепоклонство со всеми их древними и многими дополнительными мерзостями.

* Имя Таммуз, употребляемое по отношению к Нимроду или Осирису, было равнозначно "Алорус", или "бог огня", и было дано ему как великому очистителю огнем. "Таммуз" образовано от "там" ("совершенствовать") и "муз" ("огонь") и значит "огонь, который делает совершенным" или "огонь-совершенствователь". Это значение имени, а также характер Нимрода как Отца богов, подразумевается в зороастрийском стихе: "Все вещи происходят от ОДНОГО ОГНЯ. Отец сделал совершенным все и передал их второй душе, которую все народы стали называть первой". (CORY'S Fragments) Здесь Огонь называется Отцом всего, а также называется "делающим все совершенным". Вторая душа - это ребенок, который образно заменил собой Нимрода как видимый объект для поклонения, но положение Нимрода как первого из богов и бога огня оставалось необходимым для "совершенствования" людей. Отсюда, несомненно, и необходимость огня Чистилища для "доведения души до совершенства", для смывания грехов, которые они принесли в невидимый мир.

** OVID, Fasti. Читая Овидия, мне стало вполне понятно, что огонь чистилища был заимствован из практики поклонения Адону или Таммузу и что вода указывала на потоп Ноя. Во все это верили древние римляне, в это же и теперь верят римские католики. Овидий, упомянув о различных причинах для существования двойного очищения (водой и огнем), заключает: "Что касается меня, то я не верю в них. Есть, однако, такие, кто говорит, что, с одной стороны, это нужно для памяти о Фаэтоне, а с другой стороны - для памяти о Потопе".

Если еще остались таковые, кто все еще считает невозможным существовавшего в древнем мире смешения поклонения Ною с поклонением Царице Небесной и ее сыну, пусть откроют глаза на то, что сейчас (в 1856 г.) происходит в Италии в смысле поклонения этому патриарху и католической Царице Небесной. Нижеследующий отрывок был любезно прислан мне Лордом Джоном Скоттом и является доказательством существования такой веры. Вот что было опубликовано 26 октября 1855 г. в газете Morning Herald: "МОЛИТВА АРХИЕПИСКОПА ПАТРИАРХУ НОЮ. - ПАПСТВО В ТУРИНЕ. - На протяжении нескольких лет из-за болезни виноградников виноделие в Тоскане было практически сведено на нет. Архиепископ Флорентийский решил остановить это бедствие путем молитвы, но обращенной не к Всевышнему, а к патриарху Ною, и только что опубликовал сборник молитв, содержащий восемь видов молитвенного прошения, адресованного этой выдающейся личности древнего завета. Молитва звучит так: "Самый святейший патриарх Ной! Ты долгое время занимался выращиванием винограда и давал людскому роду этот ценный напиток, который утоляет жажду, восстанавливает силы и оживляет дух каждого из нас. Ты дал нам пример того, как ухаживать за виноградником. Но многими своими прегрешениями мы навлекли это ужасное бедствие, которое уничтожает плоды наших трудов. Прояви к нам сострадание и пади ниц перед высоким троном Бога, Который обещал дать своим детям плоды земли и обильный урожай зерна и вина. Упроси Его за нас, пообещай Ему от нашего имени, чтобы при помощи Божественной благодати мы оставили наши пути греха и порока и больше не злоупотребляли бы Его священными дарами, а скрупулезно выполняли Его святой закон и законы нашей святой Матери Католической Церкви..." Этот сборник молитв завершается молитвой, адресованной Деве Марии: "О чистая Мария, призри на наши поля и виноградники! И если тебе будет угодно оказать нам такую великую милость, останови, мы умоляем тебя, это страшное бедствие, вызванное нашими ужасными грехами, из-за чего наши поля стали бесплодными, а наши виноградники перестали давать вино..." В сборнике содержится виньетка, на которой изображен патриарх Ной, возглавляющий сбор винограда, а также примечание Архиепископа, в котором он дает индульгенцию на сорок дней всякому, кто благоговейно будет повторять эту молитву". Как видим, это самое настоящее проявление язычества, указывающее на то, что мир возвратился к былым временам, и поклонение древнему богу Бахусу полностью восстановлено!

После того, как была устранена всякая оппозиция и поклонение богу моря было восстановлено, ему стали также поклоняться как великому богу войны, который, хоть и умер ради блага человечества, а затем воскрес из мертвых, был абсолютно непобедим. В память о его новом воплощении (инкарнации), произошедшем 25 декабря, или в Рождество, в языческом Риме отмечался праздник "Natalis Solis invicti" ("день рождения Непобедимого Солнца"). Мы уже увидели, что именем римского бога войны было имя Нимрода, потому что "Марс" и "Маворс" - эти два хорошо известных имени римского бога войны - образованы от халдейских слов "мар" или "мавор" ("бунтовщик, мятежник"). Так что, когда Нимрод вновь явился в качестве выходящего из моря зверя Дагона, он ужасающ и непобедим. Если читатель посмотрит на то, что написано в Откровении 13:3-4, то увидит точно такую же картину: "Одна из голов зверя, казалось, получила уже когда-то смертельную рану, но эта рана зажила. Жители земли были очарованы зверем и пошли за ним. Они молились дракону и благодарили его за то, что тот дал зверю такую власть. Они молились и зверю и говорили: "Разве еще есть кто-то подобный этому зверю? Кто решился бы с ним сразиться?!" Вот такая существует аналогия между языком пророчества и древним вавилонским типом.

Можем ли мы тогда найти что-либо соответствующее этому в религиозной истории Римской империи после падения старого язычества этой империи? Во всех отношениях, да. Как только язычество было официально отменено, вечный огонь Весты угашен и древний змей сброшен со своего трона, на котором он долгое время прочно сидел, он еще более энергично взялся за восстановление своего влияния и власти. Обнаружив, что преследование христианства само по себе не уничтожит церковь, которая символизировалась облаченной в солнце Женщиной, он пошел на уловку другого рода: "Потом из пасти дракона рекой хлынула вода, чтобы унести женщину" (Откр. 12:16). Здесь очень примечательная символика. Если бы это был огненный дракон, то следовало бы ожидать, что он, согласно распространенным мифам, был бы изображен изрыгающим огонь вслед женщине. Но здесь не так. В данном случае он извергает из пасти поток воды. Что это значит? Вода, выходящая из пасти дракона, - это учение, лживое, естественно. Но разве нет ничего более конкретного, нежели это? Беглый взгляд на вавилонский тип показывает, что вода, выходящая изо рта змея, должна быть водой возрождения через погружение (крещение). Именно в это время, когда древнее язычество было уничтожено, такое учение о возрождении человека через крещение, которое на протяжении некоторого времени уже прокладывало себе дорогу в Общине верующих, стало угрожать распространением по всей Римской империи. *

* Начиная где-то с 360 г. н.э. и до времен императора Юстиниана (около 550 г.) наблюдается распространение этого учения (доктрины). И, в конце концов, христиане ее приняли.

Именно тогда нашего Повелителя Мессию ЙАУХУШУА начали повсеместно называть Ихтус, т.е. "Рыба", недвусмысленно отождествляя Его с Дагоном. Начиная с конца четвертого века, стали учить тому, что тот, кто был омыт в крещенской купели, был рожден вновь и стал чист, как недавно выпавший снег.

Этот поток вышел не непосредственно из пасти сатаны, древнего змея, но изо пасти того, кто в языческом Риме считался видимым главой римского язычества. Когда римское огнепоклонство было подавлено, мы видим, как упраздняется и институт Верховного Понтифика, главы этого язычества. Это была "смертельная рана" головы Огненного Дракона. Но только голова получила смертельную рану, она сразу же начала выздоравливать. На протяжении нескольких лет после того, как был упразднен языческий титул Понтифика, он был восстановлен тем же самым императором, который его же и упразднил. Этим титулом со всеми сопутствующими языческими атрибутами был облечен Римский Епископ, который с этого времени стал главным проводником и распространителем разрушающей доктрины возрождения через крещение, равно как и остальных доктрин язычества, почерпнутых в древнем Вавилоне.

Когда этим языческим титулом был облечен римский епископ, это был не просто почетный титул, но титул, сопряженный с огромной властью. Под власть Римского Епископа в этой новой для него роли Понтифика попали в качестве советников "пять или семь других епископов" и даже митрополиты иностранных церквей обширного западного региона. Для полного подчинения несогласных этому титулу были приданы и функции светской власти. Велика была опасность для дела правды и праведности, когда решением императора такая власть была вручена Римскому Епископу, который охотно взялся за распространение лживой доктрины. Но, не взирая на опасности, истинная Община Мессии, Невеста, жена Агнца (там, где такую Общину можно было найти в пределах Западной Империи) была чудесным образом защищена от них. Эта Община была на время спасена от беды не просто возможностью ее членов найти укрытие в горных крепостях, как это сделали Иовиниане, Вигилантусы, Вальденсы и подобные им верные, бежавшие в Альпы и другие удаленные от людей места Европы, а непосредственным заступничеством Промысла Всевышнего: "Но земля раскрылась и проглотила реку, которая вышла из пасти дракона" (Откр. 12:16). Что значит символ "земля раскрылась"? При естественном порядке вещей земля раскрывается во время землетрясения, а "землетрясение" на образном языке Откровения означает большое политическое потрясение. Если исследовать историю рассматриваемого периода, мы обнаружим, что этот факт полностью согласуется с образным языком. Вскоре после того, как римский епископ стал Понтификом и в качестве Понтифика принялся усиленно насаждать в Церкви язычество, в Римской империи начали происходить политические потрясения, не прекращавшиеся до тех пор, пока не разрушилась вся структура империи и она не разлетелась на куски. Но для этого духовная власть Папства должна была установиться над всеми народами Запада еще задолго до времени ее реального проявления. Ясно, что сразу после того, как римский епископ Дамасус получил власть понтифика, в Риме широко распространилось предсказанное "отпадение" (1 Тим. 4:3). Тогда начали "запрещать жениться" * и стали заставлять воздерживаться от употребления мяса.

* Целибат священства был введен римским епископом Сирициусом в 385 г. н.э. (GIESELER)

Затем были внедрены лживые доктрины о грехе и праведности, и людей стали учить тому, что все принявшие крещение обязательно получают возрождение. Если бы Римская Империя продолжала оставаться под единым светским управлением, то Римский Епископ очень скоро заразил бы своим языческим учением все части империи. Если учесть, с какой жестокостью Римский Понтифик при поддержке императорской власти обходился с иовинианами и всеми теми, кто противился языческим доктринам относительно брака и воздержания от пищи, то легко представить, что произошло бы с истиной в пределах Западной Империи, если бы событиям был предоставлен их естественный ход. Но вмешался великий Повелитель Общины. "Нашествие готов" и завоевание Рима готским Алариком в 410 году настолько потрясло Римскую Империю, что в 476 году привело к полному ее развалу. Как известно, в 445 году императорским указом Римский Епископ был официально объявлен "Главой всех западных церквей", а всем епископам было приказано "считать для себя обязательным к исполнению законом все постановления и указы Римского Епископа". Потрясения империи и последующий ее распад вместе с исчезновением власти императора в большой степени свели на нет катастрофичные последствия такого указа.

"Земля раскрылась", другими словами, Римская Империя раскололась на многие независимые государства, что содействовало развитию истинной веры и не предотвратило поток заблуждений и растления, источник которых находился в Риме. Когда вместо единой воли Императора, на которого опирался Верховный Понтифик, появились различные источники власти разных государств, то влияние Понтифика было в значительной степени нейтрализовано. "В таких условиях, - пишет Гислер, говоря о влиянии Рима на различные королевства, на которые распалась былая империя, - римские папы не могли напрямую вмешиваться в религиозные дела, и их связь с официальной церковью каждой отдельной страны полностью зависела от прихоти тамошнего короля". В конце концов, папство преодолело последствия землетрясения, и королевства Запада затопил вылившийся из пасти дракона поток заблуждений. Но крушение имперской власти, которая так рьяно поддерживала духовный деспотизм Папства, дало истинной Церкви на Западе продолжительный период относительной свободы, которая иначе была бы невозможна. Если бы не вызванные готами и вандалами политические катаклизмы, то "Темные Века" раннего Средневековья, когда тьма стала еще гуще, наступили бы куда быстрее. Вторжение вандалов и готов оказалось бичом для отпавшего от истины общества и не было направлено на преследование святых Всевышнего, хоть в отдельных случаях их и могли коснуться общие беды. Рука Провидения отчетливо просматривается в том, что в критический момент земля раскрылась и помогла женщине.

Вернемся, однако, к памятному периоду, когда Римский епископ получил титул Понтифика. Обстоятельства, при которых Папа Дамасус получил этот языческий титул, хорошо иллюстрируют тогдашнее состояние веры. Хоть язычество и было официально упразднено в западной части Римской Империи, город на Семи Холмах, если верить очевидцу событий Иерониму, продолжал оставаться "погруженным во всяческие суеверия". И как следствие, в то время, как по всей Империи соблюдался указ об упразднении язычества, в Риме этот документ был пустой бумажкой. Префект города Симмахус и высшие семьи патрициев, равно как и массы простых людей, были фанатично привержены старой религии. Поэтому Император счел необходимым вопреки закону, потворствовать идолопоклонству римлян. Насколько позиции язычества были сильны в Имперском городе даже после того как угасли огни Весты и была отменена государственная поддержка весталок, читатель может судить на основании следующих слов Гиббона: "Статуя и алтарь Победы (Виктории) действительно были удалены из здания Сената, но Император сохранил статуи богов, которые находились в общественных местах. А для удовлетворения религиозных потребностей народа на своих местах оставались четыреста двадцать четыре храма или часовни, а в каждом римском квартале чувства христиан оскорблялись дымом языческих жертвоприношений". Вот таким прочным было язычество в Риме даже после того, как в 376 году государство перестало его поддерживать. Но стоит посмотреть на пятьдесят лет вперед, как вы увидите, что от этого осталось. Название "язычество" почти повсеместно исчезло, настолько, что молодой Тэодосий в своем указе от 423 г. н.э. употребляет такие слова: "...оставшихся язычников, хоть мы думаем, что таковых не осталось". Слова Гиббона по этому поводу просто поразительны. Полностью признавая тот факт, что, вопреки имперским законам, направленным против язычества, не было особых трудностей у тех, "кто верил в сказки Овидия и упрямо отвергал чудеса Благовестия". Гиббон выражает удивление быстроте перехода римлян от язычества к христианству. В 378-395 годах н.э. - годах, когда Римский Епископ стал Понтификом, Гиббон писал: "Крушение язычества во времена правления Тэодосия, является, наверное, единственным примером полного искоренения любого древнего и всеобщего суеверия и может считаться единственным событием такого рода во всей истории человечества..." После описания быстрого обращения сената он продолжает: "Назидательному примеру семьи Анициана [в принятии христианства] вскоре последовала остальная часть знати... Церкви Латерана и Ватикана заполнили толпы новообращенных граждан. Декреты сената, запрещавшие поклонение идолам, были ратифицированы общим согласием римлян. Величие Капитолия померкло, а отдельные храмы были оставлены на разрушение и забвение. Рим взял на себя иго Благовестия... Поколение, выросшее после провозглашения императорского закона, было ПРИВЛЕЧЕНО в пределы Католической Церкви, и весьма БЫСТРО. И при этом падение язычества было настолько МИРНО, что через каких-то двадцать восемь лет после смерти Тэодосия [старшего] не осталось и следа прошлого". Как же объяснить такое быстрое и массовое обращение? Может потому, что Слово Всевышнего обрело свободу и почитание? Но тогда как объяснить новую роль, которую стала играть Римская Церковь? В точном соотношении с тем, как язычество исчезало под напором Церкви, оно появлялось в ней. Повсеместно в моде были языческие одеяния для священников, языческие праздники для народа, разнообразные языческие доктрины и идеи. Свидетельство того же историка, который так убедительно рассказал об обращении римлян к Благовестию, не менее убедительно и относительно последнего вопроса. Описывая Римскую Церковь в главе "Принятие языческих ритуалов", он пишет следующее: "По мере того, как объекты поклонения были постепенно сведены к уровню видимого восприятия, появлялись новые ритуалы и церемонии, направленные на наиболее эффективное воздействие на чувства толпы. Если бы в начале пятого века Тертуллиан или Лактантиус вдруг воскресли из мертвых, чтобы провести праздник в честь какого-нибудь популярного святого или мученика, они бы с изумлением и негодованием взирали на кощунственный спектакль, заменивший собой чистое и духовное служение в собрании верующих. Как только они переступили бы порог церкви, их бы оскорбил дым курений, запах цветов и мерцание лампад и тонких свечей, среди бела дня источавших яркий, чрезмерный и, по их мнению, кощунственный свет". Дальше Гиббон пишет в таком же духе. И может ли кто-либо теперь сказать, что все это было случайно? Нет. Все это явилось результатом беспринципной политики Папства, примеры которой мы уже увидели по ходу нашего исследования. *

* Гиббон недвусмысленно признает это. "Следует бесхитростно признать, - пишет он, - что служители Католической Церкви подражали кощунственной модели, которую они так ревностно уничтожали".

Папа Дамасус видел, что для того, чтобы в городе, так сильно захваченном идолопоклонством, хранить Благовестие в чистоте и целостности, ему пришлось бы нести свой крест, испытывать ненависть и недоброжелательство, переносить трудности воина Мессии ЙАУХУШУА. С другой стороны, он прекрасно осознавал, что, если принять титул, с которым на протяжении многих веков были связаны все надежды и чаяния язычества, он смог бы дать своей пастве повод верить в то, что он согласен действовать в соответствии с истинным духом этого титула, что давало бы ему популярность, возвеличение и славу. Какую же альтернативу мог выбрать Дамасус? Человек, пришедший на пост епископа Рима как вор и разбойник, по трупам более сотни своих оппонентов, не мог колебаться с выбором. Результат показывает, что он действовал в соответствии с характером принимаемого им титула языческого Понтифика. Он не поколебался пожертвовать истиной ради приобретения титула, который в глазах язычников давал ему права законного представителя их долгой череды понтификов. Этому просто нет никакого другого объяснения. Вполне очевидно также и то, что он и его преемники были ПРИНЯТЫ в таком качестве язычниками, которые, ринувшись в Католическую Церковь и собравшись вокруг нового Понтифика, не сменили свой символ веры, а принесли его в Церковь. Читатель уже увидел, насколько точной и совершенной копией древнего вавилонского язычества была религия, которую под покровительством Пап укоренили в Римской Церкви. Читатель увидел, что бог, которому Папство поклоняется под видом Сына Всевышнего, не только является точным соответствием бога древнего язычества, но и имеет функции и качества, совершенно противоположные тем, которые имеет милостивый Спаситель. Этот языческий бог - бог огня Молох, или Ала Махозим (бог укреплений/фортификаций). Читатель увидел, что почти в то же самое время, когда Римский Епископ был наделен языческим титулом Понтифика, Спасителя начали называть Ихтус, или "Рыба", таким образом отождествляя Его с Дагоном, или богом рыб. И с тех пор, шаг за шагом, насколько позволяли обстоятельства, поклонение Мессии заменялось поклонением вавилонскому божеству со всеми сопутствующими ритуалами и помпезными церемониями, выглядящими точно так, какими они были в древнем Вавилоне. И, наконец, читатель увидел, что в конце четвертого века Верховный Понтифик так называемой христианской Римской Церкви прекрасно приспособил к себе этот титул, который на протяжении многих веков был "святотатственным именем", которое носили древние вавилонские понтифики. *

* В первом издании моей книги я сказал, что не нашел веских доказательств официально совершенного Гратианом назначения Папы Понтификом с прямой властью над язычниками. Это произошло не потому, что я не верю в то, что такое назначение имело место, а просто потому, что на тот момент у меня не было достаточно таких доказательств. Баркрофт Боук, очень образованный служитель Англиканской церкви на Цейлоне, передал мне свои исследования данного вопроса, которые заставили меня усомниться в том, что язычник Гратиан официально наделил Римского Епископа какой-либо властью. В настоящее время я уже уверен, что так оно и было. Покойный мистер Джонс, доказывая то, что такое назначение имело место, в своей статье в журнале "Journal of Prophecy" не только ссылается на "Приложение к Кодексу Тэодосиана", но, разъясняя слова Кодекса, весьма утвердительно признает, что существовала даже борьба за пост Понтифика, в которой участвовали два кандидата: один - язычник Симмахус, который ранее был заместителем Валентина, а другой - Римский Епископ. (Quarterly Journal of Prophecy, Oct. 1852) Мне не удалось получить личного подтверждения мистера Джонса по этому вопросу, но это утверждение настолько подробно, что очень трудно предположить то, что он все это мог придумать. Я нашел у мистера Джонса некоторые ошибки по отдельным пунктам, но никаких ошибок относительно обсуждаемой темы. Да и сама личность автора не дает повода к этому. Кроме того, язык Приложения просто не допускает никакого другого истолкования. Но даже если и не было никакого официального расширения полномочий епископа Дамасуса до функций понтифика язычников, то на основании рескрипта Гратиана (подлинность которого полностью подтверждена дотошным Гислером) вполне ясно, что Папа стал верховной духовной властью во всей Западной Империи по всем религиозным вопросам. Когда в 400 году христианский император западной Империи, исходя из политических соображений, приказал считать языческих священников "государственными служащими" (Cod. Theod., ad POMPEJANUM, Procons), эти языческие священники в обязательном порядке попали в подчинение Римскому Епископу, поскольку, кроме него, не было больше никакой другой высшей инстанции, занимавшейся религиозными вопросами. Правда в первом издании своей книги я об этом не упомянул. Я думаю, что читатель согласится, что приведенных фактов достаточно и без этого.

Если обстоятельства, при которых Папа поднялся ко всем своим вершинам власти и святотатственных полномочий, сравнить с пророчествами Даниила, которые, за неимением истинного ключа, никогда не были поняты, то, я думаю, читатель увидит, насколько история римских пап соответствует этим пророчествам. Пророчество, которое я имею ввиду, называется "Своенравный Царь" (начиная с Даниила 11:36). Этот "Своенравный Царь" обычно считается Антихристом, который не просто противится истине, но противится и папству, а также всему, что имеет отношение к Мессии. Но давайте попробуем прочитать это пророчество в свете уже рассмотренных фактов, и мы увидим существенную разницу смысла (стих 36): "И будет поступать царь тот по своему произволу, и вознесется и возвеличится выше всякого божества, и о ЙАУХУ Ульйане станет говорить хульное и будет иметь успех, пока не совершится гнев: ибо что предопределено, то исполнится. И о богах отцов своих он не помыслит, и ни желания женщин, ни даже божества никакого не уважит; ибо возвеличит себя выше всех". Эти слова дают точное описание папства со всей его гордыней, святотатством и принудительными целибатом и девством. Пророчество гласит, что в Общине Мессии объявится тот, кто не просто будет стремиться к необычному личному возвышению, но и реально достигнет этого, так что "будет поступать по своему произволу" и возглавит самое крайнее противление любому закону, земному или небесному. Если этот царь будет претендовать на роль преемника рыбака из Галилеи, то возникает естественный вопрос: "Как же он сумеет достичь таких вершин власти?" Следующие слова дают четкий ответ на этот вопрос: "Ни даже божества * никакого НЕ УВАЖИТ; ибо возвеличит себя выше всех. Но богу крепостей (Ала Махозим) на месте его будет он воздавать честь, и этого бога, которого не знали отцы его, он будет чествовать золотом и серебром, и дорогими камнями, и разными драгоценностями, и устроит твердую крепость ** с чужим богом. Для тех, кто признает его, он увеличит почести и даст власть над многими, и землю раздаст в награду".

* Обратите внимание, что не сказано, что он станет поклоняться любому богу; как раз наоборот, он не уважит никакого божества и возвеличит себя выше всех.

** Тут употребляется то же самое слово, что и в словосочетании "бог крепостей", которое употреблено чуть раньше.

Так звучит пророчество. Именно так и поступил Папа. Самовозвеличение всегда было главным принципом папства, и, "возвеличивая" себя, оно воздало почести "богу крепостей". Папство установило в Католической Церкви поклонение именно этому богу, и, сделав так, оно превратило в свою силу то, что иначе было бы его слабостью - римское язычество, которое окружало пап, со всех сторон стало силой папства. Как уже было доказано, когда Папа под видом христианства согласился принять язычество, то язычники и языческие священники стали его самыми рьяными и верными защитниками. И когда Папа стал стяжать царскую власть над всеми христианами, кем были люди, кого он стал продвигать, кого он стал назначать на почетные и властные посты? Именно тех, кто особенно ревностно предавался поклонению "чужому богу", которого он предложил для поклонения Христианской Церкви. Личный интерес и признательность язычников сильно этому способствовали. Иовиане и все те, кто противостояли языческим идеям и языческой практике, отлучались и преследовались. Продвигались и поощрялись лишь те, кто всем сердцем принимал отступление от истинной веры (в этом никто не мог быть более ревностным, чем настоящие язычники). Таких людей рассылали из Рима по всем направлениям, даже до Британии, чтобы восстановить власть язычества. Таких людей награждали высокими титулами, между ними распределялись земли, и все это делалось для расширения сферы влияния папского Рима, когда со всех концов земли Римскому Понтифику приносили "петрову монету". Но еще сказано, что этот возвеличивающий самого себя царь будет чествовать "бога, которого не знали отцы его, он будет чествовать золотом и серебром, и дорогими камнями, и разными драгоценностями". Принцип, на котором основано пресуществление, - это, вне сомнения, вавилонский принцип, хоть папы несколько изменили его. Мы точно знаем, что в языческом Риме не было похожего бога вафли (облатки), которому поклоняются папы. Цицерон, который сам был римским аугуром и священником, говорит: "Разве есть такой безумец, который считал бы богом то, что он поедает?" Цицерон не говорил бы этого, если бы в Риме существовало нечто наподобие вафлепоклонства. Но то, что было чересчур абсурдно для римского язычника, для Папы совсем не было абсурдом. Гостия, или освященная облатка (вафля), является великим богом Католической Церкви. Гостия помещается в коробку, украшенную золотом, серебром и драгоценными камнями. Это в точности соответствует пророческому описанию "бога", которого не знали даже языческие "отцы" Папы, чествующие этого бога именно так, как написано у пророка. Таким образом, когда Папа получил языческий титул Понтифика и стал вести себя сообразно этому титулу, то он во всех отношениях в точности исполнил пророчество Даниила, записанное более 900 лет до этого.

Но вернемся к символике Откровения. "Поток воды" излился изо рта "Огненного Дракона". В конце четвертого века, так же, как и сейчас, Папа был единственным представителем Бэлшаззара (Валтасара), или Нимрода, на земле; ибо язычники открыто ПРИЗНАВАЛИ его за такового. Естественно, что в точно такой же степени он был преемником римского "Огненного Дракона". Когда, таким образом, он получил титул Понтифика, он стал распространять древнюю вавилонскую доктрину о возрождении через крещение, что явилось непосредственным исполнением слов Всевышнего о том, что огромный Огненный Дракон извергает изо рта поток воды для того, чтобы унести Женщину". Он и те, кто в этом ему помогал, проложили путь той грандиозной гражданской и духовной деспотии, которая распространилась во всей Европе, начиная с 606 г. н.э., когда из бушующих, словно гигантское море, и мятущихся народов Римский Епископ восстал в качестве Вселенского Епископа, а затем десять основных европейских королевств признали его в качестве Наместника Христа на земле, единственным центром единства и единственным источником стабильности своих тронов. Тогда, благодаря своим действиям и общему согласию ВСЕОБЩЕГО римского ЯЗЫЧЕСТВА, он фактически стал представителем Дагона. А поскольку и по сегодняшний день Папа носит на голове митру Дагона, то факт - налицо. *

* Только с этого периода можно начать отсчет известных 1260 дней, т.е. с того дня, когда Папа стал Главой зверя о десяти головах и главой Вселенской Церкви. Обратите внимание, что хоть вышеупомянутый зверь и прошел через море, он все еще сохраняет свои первоначальные качества. Первоначально главой отступничества был Кронос, "Рогатый". Кронос и продолжает оставаться главой отступничества, поскольку он и есть зверь "с семью головами и десятью рогами".

Может ли быть еще какое более полное исполнение главы 13:1-4: "Тут я увидел, как из моря появился зверь. У зверя было десять рогов и семь голов, и на рогах было семь венцов. На каждой голове было написано святотатственное имя... Одна из голов зверя, казалось, получила уже когда-то смертельную рану, но эта рана зажила. Жители земли были очарованы зверем и пошли за ним"?

 

 
 

<назад>  к содержанию

Разное